РЕФОРМА БАНКНОТ

Спрос и предложение определяют цены: и экономическая жизнь нуждается в чётко установленном уровне цен, чтобы идти ровно и позволить многим возможностям прогресса, вложенным в структуру денег, проявить себя в полной мере. Если в течение трёх тысячелетий, или даже более, цивилизация не подвергалась периодически, снова и снова, разрушительным кризисам, она бы была столь высокоразвита, что нынешний широкораспространённый пауперизм (получающийся сразу, как только грянет кризис!), и философия паупера, которая уже вошла в кровь и плоть людей, да и сам капитализм, как система (*Капитализм - экономическое условие, при котором спрос на заёмные деньги и на реальный капитал превышает предложение и поэтому порождает процент, ростовщический.), давно бы считался историей. Немецкие рабочие прекратили бы выносить мучения, которым они подвергаются от работодателей и от государства, если бы спрос на товары, производимые ими, появлялся бы рынке регулярно в виде предложения. А наши немецкие землевладельцы не стали бы на публике обнажать свои "раны", чтобы вызывать общественную симпатию, не стали бы просить, чтобы государство ввело пошлину на импортное зерно, если бы их самих не подкосило падение цен, которое, в свою очередь, было вызвано действием золотого монетарного стандарта.

Приступы боли от голода и моральное давление невыплаченных долгов - вот пагубные последствия наших бестолкового образовательного нигилизма.

Человечество давным-давно бы достигло умопомрачительных высот в науках, искусствах, познании себя в религиях, если бы столь многообещающая культура, вызванная к жизни золотом (хоть и основанная на пролитии крови и прямом обмане и воровстве) Римом, ещё на заре возникновения понятия денег, окаменела бы, превратилась в ничто, а не стала жить, питаясь, как падалью, постоянным недостатком денег.

Соломон являл чудо за чудом, потому что материал денег, которые он получал от жрецов Офира, позволял ему производить регулярные обмены товаров, позволял ему наладить разделение труда. Но всё было потеряно, как только в дело вступило золото.

Развитие культуры всегда прерывалось падениями цен. Для культуры это означает - разделение труда, а разделение труда - означает предложение товаров. Но предложение не может стать обменом, если цены падают из-за недостатка спроса, а его нет, если нет денег.

Деньги и цивилизация идут вместе, рука об руку, падают и поднимаются вместе. По этой самой причине меркантилисты, считающие золото синонимом обеспеченности и культуры, планировавшие рост запаса золота через введение импортных пошлин, были не так уж и неправы. Твёрдый принцип был применён последовательно-глупо. Является фактом, что наука, торговля и искусство процветают, когда запас денег только возрастает. Но меркантилисты путают золото с деньгами; они думали, что золото делает чудо, потому что в нём есть нечто, прозываемое "внутренне присущей ценности". Они проглядели понятие денег; у них глаза видели только золото и ничего, кроме золота. Деньги и золото означали для них одно и то же. Они не знали, что деньги, а не золото, несёт в себе функцию обмена товарами, а богатства, в свою очередь, создаются разделением труда, которое деньги, а не золото, и делает возможным. Они приписывали прогрессу, вызванному разделением труда, свойства золота, вместо свойств просто денег.

Многие из тех, кто научились разделять золото и деньги, кто осознал и объявил на весь свет о благоглупости "внутренне присущей ценности" и убедили себя в важности стабильных цен, теперь склонны оспаривать следующее: а почему бы просто не перейти к изготовлению и пользованию бумажными деньгами, ввести их в оборот, и вводить такие деньги дополнительно, лишь только предложение превысит спрос, т. е. другими словами, когда цены начнут падать? Ну и наоборот: почему бы не изъять какое-то количество бумажных денег и не сжечь их, если окажется, что спрос начинает превышать предложение, т. е., когда цены начинают расти? Ведь вопрос-то весь состоит в количестве денег: литографический пресс и топка - вот два средства, чтобы укротить спрос (деньги) и привести его к точному соответствию предложения (товарам): несколько телодвижений... и цены остаются постоянными.

Об этом говорит, помимо всего прочего, и Микаэль Флёршайм (*Микаэль Флёршайм "Экономические и социальные проблемы"), ярый пропагандист своей идеи, причисляющий и меня к своим сторонникам, причём одним из первых, кто поднял его знамя и стал популяризировать бумажные деньги. Эту честь быть его сторонником я вынужден твёрдо отклонить, однако, поскольку ещё с самого начала своей деятельности (*Сильвио Гезель "Nervus Rerum", стр. 36-37, Буэнос-Айрес, 1891 г.) и по сю пору я отрицаю тот факт, что бумажные деньги в том виде, в каком мы их себе ныне представляем (без прямого принуждения их к обращению) могут быть легко адаптированы к тому, как того предложение, иначе регулярная поставка товаров, национальная и международная, и требует.

Я отрицаю это, имея возможность и намерение доказать, как дважды два, что если государство контролирует количество денег, которое оно же и эмитировало, забывая в дальнейшем о КОНТРОЛЕ над их оборотом, то все аномалии, которые мы выявили в предыдущих главах, происходящие с нынешными деньгами, никуда не денутся.

До тех пор, пока деньги, которые есть товар, будут превосходить по своим возможностям другие товары, до тех пор, пока те, кто желает КОПИТЬ, будут накапливать богатства в деньгах, а не в товарах (в своих продуктах), до тех пор, пока спекулянты смогут безнаказанно использовать деньги для манипулирования рынком, деньги не перестанут выполнять полезную функцию обмена товарами без наложения на всех специальной дани. Эта дань будет налагаться снова и снова, всегда. На каждую заработанную работниками прибыль. Но ведь деньги должны вообще-то служить "ключами, отпирающий ворота на рынок, а не засовом!"; деньги должны быть ровной дорогой, а не таможней на пути товаров; они должны помогать и упрощать процесс обмена товарами, а не мешать ему и отягощать его. И совершенно ясно, что деньги не могут быть одновременно средством обмена и средством накопления - педаль газа не может служить одновременно педалью тормоза.

В добавление к государственному контролю над эмиссией денег (количеством денег в обращении, а это возможно лишь при введении бумажного стандарта денег) я поэтому и предлагаю полностью разделить функции денег, как средств обмена, от функций денег, как средств накопления. Все товары мира ныне в полном распоряжении тех, кто хочет заниматься накоплением, тогда почему они копят ТОЛЬКО ДЕНЬГИ? Деньги не были созданы для того, чтобы их копить!

Предложение, как количество товаров, вынуждено предлагать себя к обмену, таково его присущее внутренне свойство, и по этой причине я предлагаю сделать точно такое свойство и... спросу. В процессе установления цен предложение не будет более находиться в подчинённом положении у спроса. (*Те, кто до сих пор не могут освободиться от благоглупости "ценности", не поймут справедливости сего требования!)

Из-за того самого принуждения, заложенного в товаре, предложение есть всего лишь некие объекты, которые можно банально подсчитать, и их "поведение" не зависит от воли их обладателя. Спрос должен поэтому быть ОТДЕЛЁН от воли обладателя денег, спрос должен стать объектом, к которому всегда можно приложить МЕРУ, чтобы его всегда можно было измерить. Если мы знаем, что за какое-то количество времени произведено такое-то количество товаров, то мы знаем величину предложения. Точно так же, если мы знаем, какое количество денег находится в обороте, мы ДОЛЖНЫ ЗНАТЬ, каков в нашем предположении будет и спрос.

Поэтому наша реформа денег может быть достигнута через придание средству обмена МАТЕРИАЛЬНЫХ свойств (свойств материала, подверженному течению времени), чьей чертой будет такая же заложенная в него невозможность "лежать без движения", какая ныне есть у товаров. (См. Часть IV, СВОБОДНЫЕ ДЕНЬГИ).

Материальная составляющая денег освободит их от всех барьеров, ныне мешающих им циркулировать без помех, поимённо: от жадности, алчности, спекуляций и паники, а также вольёт всю массу денег в русло свободной "реки", берега которой устанавливаются государством, превращая спрос в постоянное и непрерывное течение.

РЕФОРМА БАНКНОТ II

В оглавление